Применение лекарственных растений аборигенами о. Сахалина

Изучение использования растений для медицинских целей аборигенами острова может значительно расширить наши знания о лекарственных свойствах и возможности применения гораздо большего числа видов растений. Этнографы, изучавшие нивхов, ороков, эвенков Сахалина, привели данные по использованию ими всего около двух десятков лекарственных видов растений.

В обиходе народов Сахалина использовались «лечебные» амулеты в сочетании с лекарственными травами, совмещая, таким образом, «охранные» и лечебные функции. Лингвист, этнограф, исследователь языков народов Севера Е. А. Крейнович привел также сведения о 18 лекарственных растениях у нивхов Сахалина, из которых русские названия семи видов остались неизвестными: токе кок рамк, канилх темр, кавня, охт золер, продемр, тят зигр; идентифицированы ель, пихта, дуб, ива, рябина, осина, багульник, можжевельник, подорожник, гриб чага, камыш. Этот список можно дополнить из нивхско-русского словаря женьшенем, лиственничной смолой, применявшейся для лечения ран, в нем также содержатся введения о таких понятиях как ыкила бук – ядовитый гриб; тыф – опухоль, нарыв, волдырь; парву – съедобная трава; выркть – гнить, вылкохт – смесь лекарств; охт – лекарство, порошок.

Тысячелетиями формировались знания дальневосточных народов о лекарственных свойствах местных видов растений, об их морфологических отличиях, о степени полезности и вредности, подбирались народные названия каждому применяемому растению и целым группам. Названия указывают на определенные свойства объекта: цветовые особенности (пагла алс – красная ягода, брусника), морфологические признаки (канилх темр – собачий лист-язык, пила алс – большая ягода, шиповник), экологические (хыйк пырк –заячий суп, тол ас – водяной ас, белокопытник, тыл ас – болотная ягода, клюква), метафорические (чхар наврки – древесная шерсть, лишайник-уснея; милк мла – чертово ухо, гриб; хискыр – название растения от слова «гнида» – насекомого). Интересны фитонимы оценочной характеристики: щавель – хапсш – от «соленый», охт зомр – «лекарственный лист», ногла чныр – «пахучая» трава.

Из поколения в поколение («старые люди говорили») передавались сведения о том, что если съешь много зеленых ягод боярышника, можно отравиться, что привлекательные ягоды некоторых жимолостей, майника, арктоуса – несъедобны, что особо сильное отравление вызывают семена термопсиса. Методом проб нивхи узнали, что корни дудников – горькие, но если их несколько раз вымыть в воде, то горечь частично исчезнет, что одно зонтичное растение можно есть в свежем виде, а другое – только зимой, после вяления или хранения на морозе. Для улучшения вкусовых качеств корни тукса-горца специально на осень зарывали в ямы. Эти народные знания не были неизменными, на различных этапах частично утрачивались, изменялись или пополнялись. Так в Ныурво на полуострове Шмидта во время войны колхозники-нивхи выращивали табак, в стойбище Иыйво на заливе Чайво нивхи вместе с другим населением заготавливали для фронта траву бессмерт­ника.

Примеры употребления растений в качестве лекарственных средств

Ель аянская – туськ, пишу, пры, прун

В обряде «кормления» охотник-нивх ритуальную пищу бросал в костер на еловой веточке. При обряде «очищения» после родов женщины пропаривались на нагретом камне, покрытом тальниковой корой (или стружками) и хвойными ветками. Младенца при кашле обмывали водой с еловой веточкой. Смолу специально заготавливали для лечения ран, серу использовали расплавленную. Смола ели, пихты, лиственницы считалась кровоостанавливающим средством. Отваром елочки промывали глаза.

Пихта сахалинская – нарни, нярнги

Использовалась в обряде «очищения» роженицы, когда ветки пихты бросали в кучу горячих углей. Смола использовалась для лечения глаз, считалась кровоостанавливающим средством.

Кедровый стланник – хим, химн

При жаре, простуде ребенку клали на грудь нагретые веточки, лечили нарывы, парили мозоли, отваривали при цинге, наскобленные мелкие стружки подкоркового слоя прикладывали на гноящуюся рану. Стлаником (лучше весной) парили при ревматизме поясницу, прикладывали и обтирали нагретыми в воде стружками и веточками, водой обтирали ноги, суставы. Ороки лечили нарывы нагретыми на костре веточками или пропариванием.

Можжевельник сибирский – ойра, ойре, ойри, ойр.

На Охотском побережье Сахалина ягоды кустарника считали хорошим средством при эпидемиях и кашле, веточки с ягодами развешивали снаружи дома над дверью. Тауч, желая обезопасить дом от молний, грома, сжигал на печке ветки или забрасывал на чердак. В этих случаях ойре выполнял магическую роль оберега, так как, по представлениям нивхов, черт боится иголок, ягоды и дыма этого растения. По указанию шамана ветками окуривали помещение. Сахалинские нивхи окуривали помещение и без шамана – в случаях тяжелых болезней: при гриппе, при эпидемиях, после смерти человека. Можжевельник нередко жгли вместе с багульником. Ягоды ели при гриппе, поносе, кашле, астме, болях в горле.

Осина обыкновенная. – каньчхар

Кору скоблили ножом и натирали спину, грудь, голову простуженного ребенка.

Ольха Максимовича. – хань, ныкс, хевни, хэуни Распаренные стружки ольхи прикладывали к ране. При нагноении пореза нижнюю часть листа про­калывали иголкой и прикладывали к больному месту, настоем листьев парили ноги, «шишечки» отваривали при поносе, почками лечили глаза.

Рябина бузинолистная – мезла накс, митяк, метяк, коск

При кашле младенца мыли настоем на коре, ветвях, древесине. Мелко наскобленным лубом парили, накладывали на нарывы. Митяк ныкс кипятили и грели, парили суставы. При болезни горла старик наскабливал мелкую как вата стружку – чавр, ее кипятили и прикладывали завернутой в заячью шкурку, чтобы сохранить тепло. Ороки кипятили сок и пили при поносе.

Черемуха азиатская – кып, кап

Ели ягоду, пили отвар, когда болел живот, для этих целей на Амуре ягоду сушили впрок. При поносе взрослый ел ягоду, а ребенку давали сок. Черемуховой стружкой перевязывали рану. Ороки с. Вал также пили сок, из него делали и вино. Плоды использовали от поноса (ягоду и листья отваривали), ягоду сушили на зиму.

Береза белая. – хивс, хивс дигр

Ороки березовый сок давали при поносе детям. Эвенки от болей живота использовали настойку или отвар березовых почек. Многие дальневосточные народы пользовались в качестве бинта тонким слоем бересты. Интересно, что гольды при сыпи и коросте прикладывали именно свежую бересту.

Багульник крупнолистный – тыкр

Багульник для нивхов – «сильный оберег». При детских болезнях на елочку вешали связки его листьев. Шаман у нивхов выступал в роли врачевателя. Дымом окуривали головные стружки, бубен, колотушку, юбку шамана, тело больного и здорового человека, вернувшегося из селения, где была эпидемия, веточки сжигали перед и во время шаманского обряда, окуривали помещение после смерти. Нетрудно усмотреть в этих действиях желание «отогнать» дымом и запахом духа болезни.

В обряде камлания шаман выпивал воду с опущенной в нее веточкой ели или пучком багульника. Вдыхаемый шаманом дым и настой багульника, видимо, действовали как наркотик и, наверное, заменяли у нивхов использование мухомора, широко практикуемого народами Камчатки и Курил.

Багульник широко применяли при лечении детей и взрослых от кашля, больного младенца при этом обмывали, а взрослые пили отвар, сжигали в комнате растение. Тыкр чох – отвар сухих веток – употребляли при легочных и желудочных заболеваниях. При простуде делали багульниковый компресс, заворачиваемый в березовую кору. Отвар повсеместно на острове пили от расстройства желудка, при поносе. При поносе, болях в желудке в Ногликах принимали водку с цветками и мелко нарезанными листьями багульника. Нивхи, и ороки промывали глаза отваром или густым настоем. Багульником (лучше весной) парили поясницу, окуривали при рождении ребенка и мать. Эвенки сжигали на плите листья для уничтожения «нехорошего запаха».

Колосовский А. С. Применение лекарственных растений аборигенами о. Сахалина // Краевед. бюл. – Южно-Сахалинск, 1990. – № 4. – С. 120–142.